Страницы меню навигации

Официальный сайт Прихода храма иконы Божией Матери «Целительница» в г. Слуцке

1 октября – Неделя 17-я по Пятидесятнице (о жене-хананеянке)

1 октября – Неделя 17-я по Пятидесятнице (о жене-хананеянке)

(Мф., 62 зач., XV, 21–28)

И, выйдя оттуда, Иисус удалился в страны Тирские и Сидонские. И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется. Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти её, потому что кричит за нами. Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева. А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне. Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам. Она сказала: так, Господи! но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их. Тогда Иисус сказал ей в ответ: о, женщина! велика’ вера твоя; да будет тебе по желанию твоему. И исцелилась дочь её в тот час.

«И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется» (ст. 22). Далее из евангельского повествования мы узнаем, что Спаситель разговаривал с ней, как кажется, даже грубо. Для того чтобы понять причину этого, нужно вспомнить, что представляла собой эта народность – хананеяне, или финикийцы (это более позднее их название), и какой образ жизни они вели.

Этот народ был развращён до такой степени, что евреям, когда они входили в землю обетованную, было разрешено их просто истреблять (см. Исх. 23, 23–24). Зло соединилось с самим существом этих людей, так что было невозможно отделить его от них, чтобы таким образом их спасти. У них были страшные религиозные культы: Молоха, Ваала и Астарты.

Конечно, в каждом народе есть люди, благочестивые от природы, которые стремятся к Богу наперекор тому нечестию, которое господствует в окружающем их обществе. Видимо, таким человеком и была женщина, о которой повествует сегодняшнее евангельское чтение.

«И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется». Эта женщина имела понятие о пришествии в мир Мессии, Христа. Об этом говорит её возглас: «Помилуй меня Господи, сын Давидов», – она знала, что Христос должен быть сыном, то есть, говоря современным языком, потомком царя Давида. Имела она и некоторое понятие о благочестии. Более того – несмотря на то, что она росла в среде, где была распространена такая ужасная религия, тем не менее, она взывала ко Господу, исповедуя Его Христом, чего не хотели делать богоизбранные иудеи. Несмотря на то, что воспитание и культура её народа препятствовали ей уверовать в Мессию, она имела бульшую веру, чем иудеи, которым все способствовало к тому, чтобы они приобрели веру во Христа, но которые сами этому противились.

В чем мы должны подражать евангельской хананеянке, чтобы, подобно тому как она получила просимое – исцеление своей дочери, и нам получить исцеление для своей души? Во-первых, она имела веру. Выражаясь привычным для нас языком, она осознавала, что православная вера, то есть вера правильная, выше всех других религий. Она не побоялась признать, что её соотечественники заблуждаются, и имела мужество отречься от заблуждений своего воспитания и от всего того, чем дорожит человек под предлогом патриотизма. Итак, во-первых, превыше всего для нас должна быть истина, истинная религия.

Во-вторых, хананеянка проявила особенное усердие и ревность в вере, показав, что верит не отвлечённо, не только умом, но и сердцем. Наперекор, казалось бы, полному пренебрежению, которое проявил Спаситель, она не уставала вопить ко Господу и исповедовать его Христом (её слова: «помилуй меня, Господи, сын Давидов» говорят как раз об этом). Она исповедовала Его всемогущество словами «помилуй меня», зная, что Он может совершить все, что захочет. У нас же часто бывает так, что мы на словах признаем Православие истинной религией и говорим, что правильно верим, а ревности в вере не проявляем.

И наконец, самое главное – это то, что дерзновенная молитва хананеянки соединялась со смирением. На наш взгляд, это вещи противоречащие друг другу. Нам кажется, что если у человека есть смирение, то он не имеет никакого права на дерзновение, мы считаем это проявлением гордости. И наоборот, если человек проявляет дерзновение, то значит, ему уже не нужно смиряться. Однако нам кажется так только потому, что мы не имеем духовного опыта, а иногда просто потому, что мы оправдываемся, не желая проявить должного усердия. Потому-то мы и не получаем того, о чем просим Бога, прежде всего, в отношении своей внутренней жизни – не исцеляемся от беснования, причиняемого нам страстями. Хананеянка же дерзновенно и неотступно молилась и при этом признавала себя недостойной благодеяний Божиих, будучи согласной и на самые крохи милости Божией. По своей вере она получила просимое – исцеление дочери.

Так и мы должны сочетать в себе две вещи: неотступную и дерзновенную молитву с глубочайшим смирением, – то есть, признавая себя недостойными, должны понимать, что, кроме Единого Бога, нам больше не у кого просить милости. Никто, кроме Него, не может помочь нам и помиловать, что и заставляет нас быть дерзновенными. При таком сочетании смирения с дерзновением и бывает плод, как сказал один подвижник, «молитва рождает смирение, а смирение рождает молитву».

Потому и должны мы научиться неотступно вопить ко Господу, хотя бы нам казалось, что Он нас совершенно не слышит и какое-то время остаётся безразличным к нашему молитвенному воплю. Проявив смирение, которое выражается не только в признании своего ничтожества и недостоинства, но и в том, чтобы продолжать просить, когда тебя отвергают и унижают, мы получим исцеление души.

Если вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите здесь, чтобы сообщить нам.

Похожие записи