Страницы меню навигации

Официальный сайт Прихода храма иконы Божией Матери «Целительница» в г. Слуцке

9 октября – День памяти апостола и евангелиста Иоанна Богослова

9 октября – День памяти апостола и евангелиста Иоанна Богослова

(Ин., 61 зач., XIX, 25–27; XXI, 24–25)

При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина. Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Её к себе.

Сей ученик и свидетельствует о сем, и написал сие; и знаем, что истинно свидетельство его. Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг. Аминь.

Признаемся себе откровенно: мы не имеем той любви, какую иметь должны, ибо невозможно говорить о любви к Богу, если мы раздражаемся на своих ближних. Мы не имеем полноты благодати, необходимой для любви, не являемся в сердце своём исповедниками Сына Божия, поскольку часто в нас возникают сомнения в вере, колебания, мучения от этих сомнений. Исповедание Спасителя не укоренилось в нас глубоко и прочно.

«И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в неё. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4, 16). «Бог есть любовь», но это не означает, что ею исчерпывается существо Божие. Любовь есть лишь одно из величайших проявлений Божества, однако Бог превыше всех Своих свойств, даже самых прекрасных, в том числе и любви, и сущность Его непостижима. Как говорят богословы, пучина Божества сокрыта от сотворённых существ. Но мы познаем Бога прежде всего по Его любви. Тот, кто имеет любовь – что действительно является признаком благодати, – пребывает в Боге. Ещё раз говорю – не вежливость, не показную любовь, а любовь сердечную. Любовь в нас должна дойти до такого совершенства, чтобы мы могли иметь «дерзновение в день суда, потому что поступаем в мире сем, как Он» (1 Ин. 4, 17). Любовь делает нас подобными Господу Иисусу Христу. И потому, взирая на идеал, изображённый перед нами апостолом Иоанном Богословом, будем всячески себя понуждать если не к сердечной любви, то, по крайней мере, к тому, чтобы из чувства долга поступать так, как поступал бы человек любящий. Если мы станем понуждать себя к добру, хотя бы наше сердце в тот момент было каменным, тогда от этого постоянного понуждения сердце постепенно начнёт в нас смягчаться, благодать Божия начнёт действовать и мы хотя бы несколько познаем любовь, являющуюся признаком истинного христианина. И это будет не лицемерием, но делом искренним: пусть нет у меня любви, но я все равно буду делать то, что сделал бы человек любящий. Господь же, видя наше понуждение, умилосердится над нами.

«В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви» (1 Ин. 4, 18). Некоторые легкомысленные люди делают из этого такой вывод: если в нас не будет страха, значит, появится любовь. Но это не так. Если в нашей душе нет страха, то это не означает, что там уже есть любовь, – скорее всего, там нет ни любви, ни страха, а одно совершенное окаменение. Такой человек чужд покаяния, ему нужно опомниться, как говорится, истрезвиться, подумать о том, спасается он или погибает. Следовательно, мы, не стяжавшие ещё совершенной любви, должны иметь в себе страх, если хотим оказаться в числе спасающихся.

Совершенная любовь, о которой и учит апостол Иоанн, действительно изгоняет страх. Так, преподобный Великий говорил о себе: «Я уже не боюсь Бога, но люблю Его».

Читая в Священном Писании столь возвышенное поучение о Божественной любви, мы должны понимать его не произвольно, а так, как понимали исполнившие заповедь об этой добродетели отцы. И не нужно впадать в уныние от того, что мы не имеем той совершенной любви, какую описывает апостол Иоанн Богослов. Но не следует впадать и в эйфорию, думая, что немного нам ещё осталось до приобретения этой добродетели, ибо она – удел немногих христиан. Имея покаяние, смирение, понуждая себя совершать добрые дела, мы, хотя бы в малой степени, ощутим Божественную благодать, потому что любовь, как говорит преподобный старец Силуан Афонский, это не человеческое усилие, а действие благодати. Будем же прилагать все усилия к совершению дел любви, и тогда Божественное действие коснётся нашего сердца, и мы увидим в своём сердце след этой великой добродетели как некое её отражение.

Если вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите здесь, чтобы сообщить нам.

Похожие записи