Страницы меню навигации

Официальный сайт Прихода храма иконы Божией Матери «Целительница» в г. Слуцке

2 сентября – Неделя 14-я по Пятидесятнице (о званых на пир)

2 сентября – Неделя 14-я по Пятидесятнице (о званых на пир)

(Евангелие от Матфея, 89 зачало, глава XXII, стихи 1–14)
Иисус, продолжая говорить им притчами, сказал: Царство Небесное подобно человеку царю, который сделал брачный пир для сына своего и послал рабов своих звать званых на брачный пир; и не хотели придти. Опять послал других рабов, сказав: скажите званым: вот, я приготовил обед мой, тельцы мои и что откормлено, заколото, и всё готово; приходите на брачный пир. Но они, пренебрегши то, пошли, кто на поле свое, а кто на торговлю свою; прочие же, схватив рабов его, оскорбили и убили их. Услышав о сем, царь разгневался, и, послав войска свои, истребил убийц оных и сжег город их. Тогда говорит он рабам своим: брачный пир готов, а званые не были достойны; итак пойдите на распутия и всех, кого найдете, зовите на брачный пир. И рабы те, выйдя на дороги, собрали всех, кого только нашли, и злых и добрых; и брачный пир наполнился возлежащими. Царь, войдя посмотреть возлежащих, увидел там человека, одетого не в брачную одежду, и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде? Он же молчал. Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов; ибо много званых, а мало избранных.
Что же означает эта «брачная одежда» в духовно-нравственном смысле? Некоторые отцы говорят, что это любовь. Действительно, нет ничего прекраснее любви. Любовь к Богу и к ближнему делает даже самого тяжкого в прошлом грешника прекрасным пред Богом. Добродетель любви так украшает человека, что просвещает даже черты его лица, светится в его глазах, меняет мимику и жестикуляцию человека, и тем более отражается в его делах. Конечно, мы должны всеми силами стремиться стяжать эту добродетель – любовь. Пусть у нас еще каменное сердце, но будем, по крайней мере, стараться делать то, что должен делать любящий человек. Не имея любви к Богу, будем понуждать себя к делам любви: молитве, исполнению заповедей. Не имея любви к ближнему, будем стараться оказывать ему милосердие и снисходительность, когда нам кажется, что он неправ по отношению к нам. Это отнюдь не будет лицемерием, ибо, понуждая себя к любви, мы будем постепенно смягчать свое сердце, пока наконец благодать Божия не дарует нам искреннюю, сердечную, подлинную любовь. Наверное, это самое важное из толкований.
Если это требование кажется чересчур возвышенным для нас, людей грешных, то давайте прибегнем к другому, доступному для всех пониманию «брачной одежды». Под «брачной одеждой» можно понимать покаяние. Это добродетель, которая возможна для всех, она прикрывает нашу нищету и убожество, наш нравственный позор неким благообразием, делая нас в глазах Божиих достойными, несмотря на нашу прошлую греховность и внутреннюю порочность. Имеем ли мы «брачную одежду» покаяния? Нет. Мы успокоились, мы думаем, что, придя в Церковь, уже все сделали, а дальше все должно происходить само собой. Когда же у нас не получается победить какой-то свой нравственный порок или недостаток, то мы обвиняем в этом духовника, который якобы плохо за нас молится и плохо нас учит. Мы доходим даже до разочарования: «Вот, мы пришли в Церковь, а ничего не меняется». Но ничего и не может измениться у человека, который ничего не делает.
На земле мы должны трудиться. После грехопадения первого человека, Господь предрек ему: «В поте лица твоего будешь есть хлеб» (Быт. 3, 19). Этот пот мы должны проливать не только ради пищи телесной, но и ради пищи духовной, то есть и в отношении нашей нравственной жизни, иначе мы не сможем насытить свою душу духовным хлебом. Покаяние и есть духовный труд. Но покаяние это не только слезы и сердечное сокрушение, это еще и постоянная напряженная борьба с самим собой, со своей греховностью и дурными наклонностями, противостояние самому себе. В нас как бы живет два человека. Один – христианин, другой – грешник. Один – новый человек, другой – ветхий. Ветхий противится новому так, как преступник противится палачу. Он никак не может согласиться с тем, что его хотят казнить. Поэтому мы должны быть готовы к чрезвычайно напряженной борьбе с самим собой. В этом заключается покаяние. А слезы – это только внешнее проявление внутренней и невидимой брани.
«И говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде?» (ст. 12), то есть «Как ты посмел прийти сюда без любви или хотя бы без покаяния? Почему ты спокоен и ничего не предпринимаешь, как будто у тебя уже все хорошо? Откуда такое дерзновение, на что ты надеешься? Я нашел тебя на обочине какой-то дороги, всеми забытого и негодного, Я привел тебя сюда, а ты Меня оскорбляешь своим пренебрежением». Ведь мы считаем, что ничего не должны Богу, а Он нам должен все. Он должен не наказывать нас, не вразумлять, а всегда прощать, миловать и посылать нам земные и небесные блага. Некоторые люди доходят до логического конца этого кощунственного и богохульного размышления, заключая, что Бог не может быть таким «злым», чтобы наказывать человека вечными муками, что Он должен обязательно всех простить, независимо от их дел. Или уж по крайней мере, тех, кто верит в Него, даже если кроме так сказать, голой, умственной веры, они ничего другого не имеют.
«Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов» (ст. 13). Значит, не всякий, входящий в Божий и числящийся православным, спасается. Вот о чем мы должны думать, а не осуждать тех людей, которые находятся за церковной оградой. Мы не должны повторять за фарисеем из притчи Спасителя: «Благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь» (Лк. 18, 11). Лучше обратим взор на свою внутреннюю жизнь. Посмотрим трезво, насколько наша внешняя и внутренняя жизнь соответствует Евангелию, есть ли у нас настоящее, полное, глубокое покаяние, я уже не говорю о любви к Богу и ближнему. При таком трезвом взгляде на себя мы, может быть, и начнем ткать ту духовно-нравственную одежду, в которую облечемся и которой прикроем свой греховный срам. Тогда мы станем достойными пребывания в Церкви и получим надежду на милость Божию.
«Ибо много званых, а мало избранных» (ст. 14). Много людей, призываемых к спасению, но мало тех, кто от всей души откликается на призыв Божий. Мало тех, которые остаются последовательными христианами. Мы станем избранными только в том случае, если будем делать все, что от нас требуется, и, испытывая при этом какие-либо трудности и неудачи, приобретем покаяние и сердечное сокрушение. Даже если мы не достигнем состояния любви, то ради нашего покаяния, исполнения нашего христианского долга, Господь помилует нас.

Если вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите здесь, чтобы сообщить нам.

Похожие записи