Страницы меню навигации

Официальный сайт Прихода храма иконы Божией Матери «Целительница» в г. Слуцке

Страстная седмица

Страстная седмица
Великая Среда

Яже во многия грехи впадшая жена,

Твое ощутившая Божество,

мироносицы вземши чин,

рыдающи миро Тебе прежде погребения приносит.

В Великую Среду мы имеем два предмета созерцания. Жена грешница, найдя Спасителя, помазывает Его ноги драгоценным миром. Иуда окончательно делает выбор в пользу своей сребролюбивой страсти. Противопоставление двух характеров и судеб очень живописно показал Иоанн Златоуст: «Грешница принесла миро для помазания Господа; ученик соглашался с беззаконными. Она радовалась, тратя миро многоценное; этот заботился продать Неоценимого. Она Владыку познавала, а этот от Владыки удалялся. Она освобождалась от греха, а этот делался пленником его».

Так предательски поступает и с нами наш собственный ум, когда заставляет нас вместо благ духовных искать житейских. Когда мы, как нам кажется, не получаем того, о чем молимся, – а просим мы, к сожалению, по большей части не духовных благ, а телесных, которые Господь нам не дает потому, что они нам не нужны, не полезны и даже вредны для спасения, – тогда мы, думая, что молитва не приносит пользы, хотим из житейских занятий извлечь то, чего не получаем от Бога. Но не будем в этом уподобляться Иуде, этому несчастному человеку, а, наоборот, постараемся стать подобными женщине, помазавшей Спасителя.

«И сказал: что вы дадите мне, и я вам предам Его? Они предложили ему тридцать сребренников; и с того времени он искал удобного случая предать Его» (Мф. 26, 15–16). Нам кажется странным: как Иуда мог предать Сына Божия и Бога за тридцать сребренников? Некоторые толкователи спорят о том, какой была эта сумма – более или менее значительной? Но это не имеет никакого значения: пусть она оказалась бы и большой, однако перед величием Сына Божия любое богатство ничтожно. Мы удивляемся: как же Иуда за деньги продал своего Учителя? Но когда человек ослеплен страстью, он не понимает того, что делает, его цель – удовлетворить эту страсть, а о том, как ужасен и велик его грех, он не думает.

«И с того времени он искал удобного случая предать Его». Другие евангелисты говорят, что первосвященники, услышав слова Иуды, возрадовались (см. Мк. 14, 11; Лк. 22, 5). Как страшна их радость! Значит, не всегда это чувство бывает хорошим. Иногда и дружба становится проклятой. Как страшна радость первосвященников, узнавших о том, что им хотят предать Спасителя, так страшна и дружба между Иродом и Пилатом, которые сдружились именно в тот день, когда осудили Господа Иисуса Христа. Поэтому такие человеческие чувства, как дружба, радость и им подобные, становятся добрыми лишь тогда, когда соединяют нас с Богом, а не тогда, когда делают нас Его врагами.

Великий Четверг

Тайной трапезе, в страсе приближившеся вси,

чистыми душами хлеб примем, спребывающе Владыце:

 да видим, како умывает ноги учеников,

и сотворим, якоже видим, друг другу покаряющеся.

В Богослужении этого дня воспоминаются важнейшие события, предварившие шествие Спасителя на вольные страдания: совершение Иисусом Христом последней пасхальной вечери, на коей было установлено таинство Евхаристии; умовение Господом ног учеников и предательство Иуды. Разнообразию воспоминаемых в этот день изумительных Евангельских событий соответствует и обильность трогательных чувств и мыслей, изображаемых в церковных песнопениях этого дня. Созерцая Спасителя уже в последние перед страданием минуты, святая Церковь в своих песнопениях глубоко соскорбит и сострадает Ему. Зная, Кто этот Страдалец, зачем и за кого Он идет на смерть, не менее места Церковь дает и чувству благоговейной любви и благодарности.

Прославляя бесконечную любовь Спасителя, подъемлющего всю тяжесть грехов человеческих, и невыразимое смирение Его, умывающего ноги рабам Своим, Церковь благоговеет пред Чашею жизни вечной, предложенной Создателем, славословит кровавую Гефсиманскую молитву Спасителя, подающую и нам святой, высокий урок – именно в молитве искать утешения и укрепления среди скорбей в несении нашего жизненного креста и в час приближения смерти.

Итак, мы становимся причастниками этой Тайной вечери. Становимся потому, что Бог всемогущ и может сделать то, что человеческий разум не в силах постичь. Бог может хлеб и вино претворить в Тело и Кровь Христовы, Он может таинственным, неизъяснимым образом перенести нас назад, через тысячелетия, и ввести в Сионскую горницу, где собрались ближайшие ученики Христовы. Господь искренне и просто говорил тогда с ними, открывая тайны Царства Небесного, и преподал им прежде Своих страданий Свои жертвенные Тело и Кровь. Осознавая все значение этого Таинства, мы молимся о том, чтобы не стать подобными Иуде, – ведь и он, по мнению некоторых святых отцов, причастился. Мы просим, чтобы Господь Иисус Христос простил и помиловал нас, подобно тому, как простил разбойника – этого уголовного преступника, наверное, убийцу и вора, предававшегося разным порокам, но покаявшегося на кресте и со смирением воскликнувшего: «Помяни мя, Господи, во Царствии Твоем» (см. Лк. 23, 42).

«То, что невозможно человеку, возможно Богу», – сказал Спаситель (см. Мф. 19, 26). Невозможно вернуть совершенное в прошлом, потому что прошлое уже не может быть изменено. Однако через покаяние мы как бы возвращаем прошлое и изменяем его, исправляя свои злые поступки, о которых порой стыдно даже и вспомнить, а тем более рассказать. Благодаря покаянию мы переменяем свою жизнь и как бы заново ее проживаем. Более того, мы живем той жизнью, которая длится многие века и тысячелетия, потому что, участвуя в Евхаристии, которую совершил Сам Господь наш Иисус Христос, мы возвращаемся в неизмеримо далекое прошлое. Мы причащаемся Тела и Крови Христовых во оставление грехов и в жизнь вечную, и наша нынешняя краткая жизнь, простершись одним концом в далекое прошлое, другим простирается в неизмеримое, бесконечное будущее, ибо мы причастились в жизнь вечную. Причастились для того, чтобы войти в блаженное Царство Христово, Царство Небесное. Для нас, немощных, ограниченных, грешных людей, это – будущее, но для Бога нет ни прошлого, ни настоящего, ни будущего, для Него есть одна, как бы простирающаяся во все стороны, вечность. И поэтому мы, исполнившись Духа Христова, исполнившись того знания, которое происходит от общения и единения с Богом, приобретаем ощущение того, что вечность для нас уже наступила, что мы уже находимся в Царстве Небесном. Мы это чувствуем, хотя и не можем объяснить себе это. И это ощущение вечности мы получаем, вкушая под видом маленькой крошки хлеба, смоченной в вине, Тело и Кровь Самого Господа нашего Иисуса Христа, Который есть Источник премудрости, Родоначальник и Творец вечности, Искупитель всей твари, Учредитель Божественной Евхаристии, наш Спаситель.

Великий Пяток

Одеяйся светом яко ризою, наг на суде стояше,

и в ланиту ударение прият от рук, ихже созда,

беззаконнии же людие на кресте пригвоздиша Господа славы.

Все Богослужение Великого Пятка посвящено благоговейному воспоминанию и глубокому переживанию спасительных страстей и крестной смерти Богочеловека. Каждый час этого дня есть новый и новый подвиг искупительных страданий Спасителя, и отголосок этих страданий слышится уже в каждом слове нашего Богослужения – единственного и несравненного как по силе умиления и трогательности, так и по глубине безграничного сострадания к страждущему Спасителю. Святая Церковь раскрывает перед очами верующих полную картину спасительных страданий Господних. «Страшное, – воспевает она, – и преславное таинство днесь действуемо зрится: Неосязаемый удерживается; вяжется Разрешаяй Адама от клятвы; Испытуяй сердца и утробы неправедно испытуется; в темнице затворяется, Иже бездну затворивый; Пилату предстоит, Емуже трепетом предстоят небесные силы; заушается рукою создания Создатель; на древо осуждается Судяй живым и мертвым; во гробе заключается Разоритель ада!»

В своих песнопениях Церковь, пронзенная в самое сердце объявшею ее скорбью, как будто не может собрать своих мыслей, спокойно остановиться своим вниманием на чем-либо одном. Куда не обратится она мыслию, на что не устремит взор свой – везде и всюду новые и новые поводы к слезам, новые источники скорби и страдания. Возмущается сердце вероломством Иудеев, кровоточит от льстивых слов предающего Иуды, терзается страданиями Спасителя, терпящего поругание и бичевание, сокрушается при виде крестных мучений Христа. Этим потрясающим зрелищем всего совершившегося Церковь всецело объемлет верующую душу, сосредотачивает ее и устремляет единственно на созерцание креста Христова, старясь возвысить христианина до того благодатного состояния, в котором находился божественный апостол, не желавший ничего знать, «точию Христа и Сего распята».

За то, что разбойник, убийца поверил, что Христос придет во Царствии Своем, и сказал: «Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!» (Лк. 23, 42), он первым вошел в рай. Он не просил, подобно ученикам: «Посади меня справа или слева», не просил: «Награди меня или сделай мне что-то доброе», он даже не ожидал для себя никакой награды, а просто сказал: «Вспомни меня». Произнося молитву: «Помяни нас, Господи…», мы вкладываем в эти слова более глубокий смысл, а тогда, когда их сказал разбойник, за ними стояло только скромное желание того, чтобы о нем вспомнили. «Вспомни, что в то время, когда Тебя все поносили, я Тебя не поносил». Может быть, разбойник этот думал: «Хоть Ты один меня вспомнишь по-доброму, потому что многие-многие люди будут меня вспоминать как самого страшного злодея». И ради этих слов и той веры, тех чувств, которые эти слова наполняли, ради искреннего смирения Господь сказал ему нечто совершенно непостижимое и неожиданное для всех: «Ныне же будешь со Мною в раю» (Лк. 23, 43). Притом Господь еще уверил разбойника, чтобы он не сомневался: «Истинно говорю тебе (то есть: «Не сомневайся, это не пустые слова, Я говорю не просто так, ради твоего утешения». – Игум. А.): ныне же будешь со Мною в раю». И мы, православные христиане, верим и даже знаем, что этот человек первым вошел в рай, раньше всех великих праведников!

С другой стороны, мы видим при Кресте людей, почитавшихся в своем народе праведными, которые жили по закону, исполняли все его предписания, но в тот момент они издевались над Господом и говорили Ему: «Если Ты – Сын Божий, сойди с Креста. Спасающий других, помоги Себе Самому. Ты оказался беспомощным, где ж Твоя сила чудотворения? Как выяснилось, мы сильнее Тебя, Себе-то Ты помочь не можешь». И люди эти, конечно же, остались вне Царствия Христова, Царства Божия.

Итак, нам нужно уподобиться разбойнику, уподобиться не совершением нравственных или еще каких-либо преступлений, а верой и покаянием. В чем состояла вера разбойника? Когда все разуверились, он сказал: «Помяни меня, когда приидешь в Царствие Твое!». Значит, он верил. Покаяние же его состояло в том, что он, обратившись к другому разбойнику, произнес такие слова: «Достойное по делам нашим принимаем». Вот где истинное покаяние: человек считал скорби достойным наказанием за его грехи. А в чем было его смирение? В том, что он ничего не хотел от Господа, только чтобы о нем вспомнили: «Помяни меня, Господи, во Царствии Твоем». Ради веры, покаяния и смирения он был спасен. Поэтому нам нужно не оглядываться на свои добрые дела, не замечать их, а забывать о них и понимать, что выше всего – твердая вера, глубокое покаяние и искреннее смирение.

Великая Суббота

Якоже света светильник, ныне плоть Божия,

под землю яко под спуд крыется,

и отгоняет сущую во аде тьму.

В Великую субботу святая Церковь воспоминает: погребение Иисуса Христа, пребывание Его телом во гробе, сошествие душою во ад, введение разбойника в рай, пребывание на престоле со Отцем и Духом – и вместе с тем предуказывает наступление великого события воскресения Христова. В исключительных, особенных службах Великой субботы Церковь, проливая слезы любви и благодарности к Положившему за нас жизнь Свою и телом Почившему во гробе, призывает всех и вся к святейшему и драгоценнейшему гробу этому – чаянию всех языков, созывает к нему небо и землю, ангелов и человеков; окружает его светлым облаком древних свидетелей, за тысячелетия его провидевших; призывает и собор новозаветных провозвестников, как бы свидетельствующих здесь, пред Распятым, о своей всемирной проповеди об искупительных Его кресте, смерти и воскресении. Все Богослужение Великой субботы представляет чудное, беспримерное сочетание самых противоположных чувствований – скорби и отрады, горя и радости, слез и светлого ликования.

Если вы обнаружили ошибку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите здесь, чтобы сообщить нам.

Похожие записи