Страницы меню навигации

Официальный сайт Прихода храма иконы Божией Матери «Целительница» в г. Слуцке

9 октября – День памяти апостола и евангелиста Иоанна Богослова

9 октября – День памяти апостола и евангелиста Иоанна Богослова

(Ин., 61 зач., XIX, 25–27; XXI, 24–25)

При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина. Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе.

Сей ученик и свидетельствует о сем, и написал сие; и знаем, что истинно свидетельство его. Многое и другое сотворил Иисус; но, если бы писать о том подробно, то, думаю, и самому миру не вместить бы написанных книг. Аминь.

Сегодня мы совершаем одного из величайших людей, когда-либо живших на земле: возлюбленного ученика Господа нашего Иисуса Христа, святого апостола Иоанна Богослова. Его называют «апостолом любви», потому что никто столь прекрасно и так много не говорил об этом великом даре Божественной благодати. Он является автором одного из Евангелий, трех посланий, в которых очень возвышенно рассуждает о любви, в особенности в первом послании, и автором Апокалипсиса – пророческой книги, представляющей собой обширное повествование об истории человечества от сотворения мира и до его кончины в символических пророческих образах.

Из апостолов только Иоанн получил имя Богослова, что свидетельствует о необычайной высоте его духа. В похвалу апостолу Церковь читает евангельское зачало, рассказывающее о том, как Господь Иисус Христос, в страданиях умирая на Кресте, усыновил Иоанна Своей Матери. Похвалы, большей этой, быть не может.

«При кресте Иисуса стояли Матерь Его и сестра Матери Его, Мария Клеопова, и Мария Магдалина. Иисус, увидев Матерь и ученика тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе» (Ин. 19, 25–27). Любимейший ученик Спасителя, который даже возлежал на персях Его во время Тайной вечери и дерзнул спросить о том, о чем никто не дерзал спрашивать: «Господи, кто предаст Тебя?», стал теперь сыном Божией Матери. Так Господь утешил и Матерь, оставив Ей вместо Себя ближайшего Ему по духу апостола Иоанна, так утешил и своего любимейшего ученика, ибо он с тех пор до самого Успения Богородицы пребывал с Ней, наслаждаясь общением с этим избранным сосудом Божиим. Божия Матерь была самой верной, самой последовательной ученицей Своего Божественного Сына, исполнившей все заповеди и приявшей всю полноту благодати, и от Нее апостол учился всему прекрасному и возвышенному, что и сам потом исполнил в своей жизни и что проповедал нам.

Любовь есть самая высокая христианская добродетель. Может быть, поэтому мы и почитаем апостола Иоанна Богослова, как проповедника любви, более других апостолов, хотя только один Бог знает, кто больший и кто меньший среди них. Мы принимаем его как проповедника любви, внимаем его писаниям, но, к сожалению, не всегда понимаем, что есть любовь, и спекулируем этим понятием. Мы якобы пытаемся исполнить эту добродетель, а на самом деле лишь напускаем на себя ее вид.

Апостол Иоанн говорит: «Бога никто никогда не видел. Если мы любим друг друга, то Бог в нас пребывает, и любовь Его совершенна есть в нас» (1 Ин. 4, 12). Святитель Григорий Палама рассуждает, что любовь – это некая единая энергия (то есть действие), которая проявляется тем или иным образом в зависимости от того, к какому предмету она направлена. Одна и та же любовь действует и по отношению к Богу, и по отношению к ближнему. Потому, если в нас действительно есть любовь к Богу, тогда, как говорит апостол Иоанн, мы будем любить и друг друга. Ибо как мы можем любить Бога, Которого не видим, если не любим находящегося перед нами ближнего, который есть образ Божий (см. 1 Ин. 4, 20). Если мы не видим, не чувствуем в ближнем образа, иначе говоря изображения, Божия, не видим на этом человеке печати божественной, значит, нет в нас и любви к Богу.

Апостол Иоанн Богослов учит: «Что мы пребываем в Нем и Он в нас, узнаем из того, что Он дал нам от Духа Своего. И мы видели и свидетельствуем, что Отец послал Сына Спасителем миру. Кто исповедует, что Иисус есть Сын Божий, в том пребывает Бог, и он в Боге» (1 Ин. 4, 13–15). Иначе говоря, мы узнаем, пребываем ли мы в Боге или нет, из того, имеем ли благодать Божию в себе, имеем ли часть от Духа Его. Ведь то, что содержится в нашем сердце, что принесено в него Духом Святым, должно, безусловно, проявляться в любви к ближнему – в любви искренней, а не лицемерной, не показной. Мы должны исповедовать, что Иисус есть Сын Божий. Но исповедовать не так, чтобы говорить об этом вслух, а так, чтобы искреннейшим образом быть убежденными в этой истине своим сердцем.

Признаемся себе откровенно: мы не имеем той любви, какую иметь должны, ибо невозможно говорить о любви к Богу, если мы раздражаемся на своих ближних. Мы не имеем полноты благодати, необходимой для любви, не являемся в сердце своем исповедниками Сына Божия, поскольку часто в нас возникают сомнения в вере, колебания, мучения от этих сомнений. Исповедание Спасителя не укоренилось в нас глубоко и прочно.

«Совершенная любовь изгоняет страх» – здесь говорится о страхе перед Богом как перед Праведным Судией. Но есть и другой страх. Если мы кого-то любим, то боимся любимого человека оскорбить, боимся расстроить наши отношения и всячески стараемся вести себя так, чтобы сохранить их. Чем больше мы любим, тем больше бываем одержимы страхом, как бы любовь эта не прекратилась. Желаем, чтобы тот, кого мы любим, так же нас любил. Однако этот второй страх никак не противоречит Божественной любви. Страх оскорбить любимого был и у тех, кто уже достиг совершенства.

Читая в Священном Писании столь возвышенное поучение о Божественной любви, мы должны понимать его не произвольно, а так, как понимали исполнившие заповедь об этой добродетели отцы. И не нужно впадать в уныние от того, что мы не имеем той совершенной любви, какую описывает апостол Иоанн Богослов. Но не следует впадать и в эйфорию, думая, что немного нам еще осталось до приобретения этой добродетели, ибо она – удел немногих христиан. Имея покаяние, смирение, понуждая себя совершать добрые дела, мы, хотя бы в малой степени, ощутим Божественную благодать, потому что любовь, как говорит преподобный старец Силуан Афонский, это не человеческое усилие, а действие благодати. Будем же прилагать все усилия к совершению дел любви, и тогда Божественное действие коснется нашего сердца, и мы увидим в своем сердце след этой великой добродетели как некое ее отражение.

Похожие записи

Вернуться наверх